2017-09-19_15-44-58

Отсидевший за Украину гражданин РФ -«Мне было очень мерзко жить в том обществе, быть гражданином того государства»

Электрика из Твери Андрея Бубеева приговорили к 2,5 годам тюрьмы за репост проукраинской статьи «ВКонтакте». Выйдя на свободу, мужчина вместе с женой и маленьким сыном «эвакуировался» в Украину, захватив только самые необходимые вещи.

Мы встретились с ним в центре Киева, на Майдане. Бывший политузник пришел на интервью с сыном Яриком. Погода была почти летняя, и мы решили прогуляться по памятным местам Революции Достоинства, за которой семья Бубеевых с вниманием и сочувствием следила из России. Говорили о подробностях заключения, практике доносов, настроениях в России и многом другом.

— Как вы обустроились?

— Уже сняли жилье в частном секторе. Там есть двор, малышу будет где погулять. Все хорошо, настроены оптимистично.

— Вы ведь приехали в Киев с двумя рюкзаками?

— Да, вот один на мне. Второй такой же, маленький.

— Государство помочь не предлагало?

— Мы не обращались ни к кому. У нас немножко денежек есть.

— Вам вообще в Киеве нравится?

— Вы знаете, я в восторге. Так тепло, уютно.

А вот на эти места мы смотрели по прямым трансляциям во времена Майдана (проходим мемориал героям «Небесной сотни» на улице Институтской – Ред.). Очень переживали.




— Какие отличия между Россией и Украиной сразу бросаются в глаза?

— Такое чувство, что вырвался из зомбиленда. Я серьезно – по-другому не опишешь. Здесь спокойно, а там очень гнетущая атмосфера, всеобщая подозрительность. Люди ходят и волками друг на друга смотрят.

Такое чувство, что вырвался из «зомбиленда»

— Как в Советском Союзе?

— Да. Прошло столько лет, а ничего в сущности не изменилось. Атмосфера немного смягчилась в 90-е, но имперский реваншизм, этот угар никуда не исчез. В России еще не 37-й год, но уже очень похоже.

В России еще не 37-й год, но уже очень похоже

— Почему люди это терпят, почему поддерживают?

— Вот в том-то и дело, что они не терпят, они поддерживают. Не Сталин репрессировал людей. Это делали те, кто ему аплодировал. Не было бы Сталина – нашелся бы другой «вождь».

Главная проблема – в обществе есть запрос на кровь и репрессии. Это характерная черта менталитета Московии. А еще зависть, черная зависть к другим народам.

— Постимперские боли?

— Очень похоже. То же самое происходило в Германии, когда рождался Третий рейх. Германия проиграла Первую мировую войну и упивалась чувством униженности нации. Вторая мировая была попыткой отомстить всему миру.

Аналогичная ситуация с развалом Советского Союза. Россиянам не дает покоя осознание проигранной холодной войны.

Россиянам не дает покоя осознание проигранной холодной войны

— Многие так называемые российские либералы объясняют позицию общества тем, что в РФ контролируются все источники информации, и люди просто отрезаны от альтернативных мнений.

— Это очень хорошая отмазка. Возможно, она работала во времена сталинских репрессий, когда кроме приемника и не было ничего. Но теперь, когда уже у бабушек есть смартфоны с доступом в интернет, это звучит смешно. Кто хочет знать – узнает. Вот и все. Просто они не хотят.

Очень легко обвинять во всем Сталина. Но кто написал пять миллионов доносов? Я раньше думал, что выборы подтасовывают, а теперь так не считаю. Пообщавшись плотно с населением, понимаю, что они это искренне выбирают.

— Насколько я понимаю, вы тоже пострадали из-за доноса?

— Да. Сейчас в России есть такая организация государственных стукачей – «Кибердружина». Что они делают? За деньги государства и по идейным соображениям эти ребята шерстят интернет и выискивают тех, кто недоволен режимом. Потом на них пишут доносы в репрессивные органы. Если человека идентифицировали, но не нашли достаточно доказательств, они его провоцируют: человек кипит и может неосторожно сказать что-то «крамольное».

С женой Настей

— Знаете, что удивляет? Оппозиция в России крайне слабая и очень специфическая, но все же там есть люди, которые критикуют политику Кремля, предрекают скорый крах режима и так далее. Но их не сажают за решетку, а вас приговорили за репост.

— Вроде Навального?

— Например.

— Я абсолютно не сомневаюсь, что Навальный – один из проектов Кремля. Вы правы, людей в РФ за гораздо меньшее убивают или сажают, а тут человек митинги организовывает – и ничего. Так не бывает.

Я абсолютно не сомневаюсь, что Навальный – один из проектов Кремля. Вы правы, людей в РФ за гораздо меньшее убивают или сажают, а тут человек митинги организовывает – и ничего. Так не бывает

Думаю, у проекта «Навальный» есть две цели. Во-первых, отвлечь людей, увести в другое русло. Во-вторых, «пересчитать», идентифицировать неравнодушных людей.

— То есть, на ваш взгляд, протесты, которые мы наблюдали весной, срежиссированы?

— Не совсем. Туда ходят неравнодушные люди. Но, боюсь, их используют. Но даже если я не прав, и Навальный – не проект Кремля, неравнодушных, здравомыслящих людей в России очень мало, максимум 5%. Ими можно легко пренебречь.

Что до остальных, даже если завтра выключить зомбоящик и убрать Путина, это ничего не изменит. Они выберут другого путина или кого-то похуже. Увы, количество уже перешло в качество. Зомби есть зомби.

То есть даже если они почувствуют очень сильное и резкое снижение качества жизни, их мировоззрение не изменится?

— Именно. Например, большинство считают, что санкции России нипочем. «У нас все свое есть», – говорят они. Ребята, вы когда в последний раз выезжали за город? Поля березами заросли еще в девяностые годы.

Люди, общество, государство облажались, но упираются: нет, мы будем страдать, но не признаем свою неправоту

Люди, общество, государство облажались, но упираются: нет, мы будем страдать, но не признаем свою неправоту. Повторюсь – зомби. Вменяемый человек сделает логические выводы, найдет причинно-следственные связи. Но это не про большинство россиян. Поэтому мое мнение: всем здравомыслящим людям надо оттуда эвакуироваться, а этот зомбиленд пусть варится в своем соку. Главное, чтобы не угрожали войной, это надо как-то предусмотреть. К сожалению, никакой положительной динамики я не вижу. Худшее – это идет не с верхов.

Мы говорили о Третьем рейхе. Это был совершенно «людоедский» режим, но, по сравнению с Россией, у него было два плюса. Во-первых, тогдашняя Германия подняла экономику, промышленность и действительно была мощнейшим государством. А что Россия? Она дерибанит собственную природу и за счет этого живет. Во-вторых, даже развязав войну, Третий рейх имел смелость воевать под своим флагом. А что эти подлецы говорят: «Нет, это не мы, «настамнет». Из-за этого у меня до невозможности брезгливое чувство.

— Простые россияне действительно верят в то, что «настамнет»?

— У них какое-то раздвоение сознания. С одной стороны, они искренне и убежденно упираются: «Если бы там действительно была российская армия, мы бы все уж давно оккупировали». С другой стороны, начинаешь с ними говорить – и выясняется, что у одного двоюродный брат ездил в «командировку» на Донбасс, у другого – кум. Так что все они знают. Это просто шакалячья подлость. Мне было очень мерзко жить в том обществе, быть гражданином того государства.

Начинаешь с ними говорить – и выясняется, что у одного двоюродный брат ездил в «командировку» на Донбасс, у другого – кум

— А украинское гражданство у вас есть?

— Да, уже есть. Отец во время распада Советского Союза служил в Харьковской области, и мы там жили до 1992 года. По закону украинское гражданство за мной было автоматически закреплено, хотя я об этом и не знал.

— То есть у вас было два гражданства?

— Получается, но я только недавно узнал об украинском. Когда мы окончательно решили уезжать, то подали запрос в украинское консульство на всякий случай. Спустя несколько недель подтвердили, что за мной сохранилось украинское гражданство. Мне выдали сертификат для возвращения в Украину – это как временный загранпаспорт. Сейчас это мой единственный украинский документ, остальные все российские, но от них я, конечно, откажусь.

— А Настя?

— Настя – гражданка России. Но мы переезжаем сюда навсегда, поэтому Настя будет делать вид на жительство, а потом и гражданство. Маленькому мы гражданство без проблем сделаем.

Может, это рефлексия, но хочется максимально дистанцироваться от России. Вплоть до того, что не хочется говорить на их языке. Мы уже начали украинский учить.

— Что было самым тяжелым, когда оказалисьза решеткой?

— Когда дали первый срок, меня должны были отправить в колонию-поселение. Я уже ждал отправления, как мне принесли бумаги о возбуждении еще двух уголовных дел.

Сначала Следственный комитет рассматривал дело о перепостах и нарисовал мне статью, а потом взялось ФСБ. Получается, что за одни и те же перепосты меня судили дважды в нарушение всякой логики и Конституции. Сначала год дали ни за что, а потом еще и «накинули». С этим было сложно смириться. Ярику было три года, когда меня посадили.

Начала год дали ни за что, а потом еще и «накинули». С этим было сложно смириться. Ярику было три года, когда меня посадили

— Как справлялась ваша семья?

— Было много сложностей. До ареста я семью снабжал, и они остались без денег. Настеньке было очень тяжело и в материальном, и в моральном планах. Но тут нам всем хорошо. И тепло так.

— Скоро похолодает.

— Мы же не за климатом сюда ехали и не за деньгами. И уезжать мы отсюда не хотим. Здесь наш дом.

Вы говорите, как куда больший патриот, чем многие, кто прожил в Украине всю жизнь.

— Так и бывает, когда есть с чем сравнивать и когда хлебнул по-настоящему. А в моем случае это и так моя земля. У меня родные из Житомирской области. Теперь по ощущениям на 100% украинец. Вивчу мову й буду розмовляти українською.

Теперь по ощущениям на 100% украинец. Вивчу мову й буду розмовляти українською

— А чем думаете заниматься?

— Тем, чем и занимался до ареста, – электрикой. Я занимался щитками, автоматами, розетками и так далее. Потом постепенно перешел на охранные пожарные сигнализации, видеонаблюдение.

— Перспективная сфера, кстати.

— Тем более Киев – город большой, все понемногу строится. Найду себе место.

— А в России вы занимались общественной деятельностью?

— Нет, ничего такого.

— Были блогером?

— Нет-нет. Я был просто обычным пользователем «ВКонтакте», который достаточно активно комментировал некоторые посты. Особенно когда они касались восторженных отзывов «Крымнаш». Я честно писал, что надо называть вещи своими именами: вы оккупанты.

У меня не было блога, только никому неизвестная страничка. В друзьях было человек 20. На суде меня обвиняли в том, что я на своей страничке призывал к экстремизму. Но это бред, моя страничка вообще была защищена настройками приватности. Это был, по сути, личный дневник. Они получили доступ к страничке через администрацию «ВКонтакте».

— То есть «ВКонтакте» содействовал?

— Конечно. «ВКонтакте» сейчас абсолютно подконтролен. Когда там был Дуров, он еще пытался как-то противостоять. А теперь это большая база для ФСБ.

— То есть украинское руководство правильно поступило, когда запретило «ВКонтакте»?

— Да, это лишь инструмент шпионажа и источник пропаганды. Единственное, там можно троллить «ватников». А конструктивно общаться там не получается. Адекватные мнения толпа зомби перекричит. А люди, которые колеблются, начитавшись «ватников», которые тоже умеют красиво писать, могут подвергнуться влиянию. Так что правильно сделали. «ВКонтакте», как и российские СМИ, пропагандистская площадка.

— А что думаете о более-менее либеральных российских СМИ? «Дожде», «Эхо Москвы»?

— К «Эхо Москвы», честно говоря, у меня много вопросов. Та же ситуация, что и с Навальным. Что же у «Эхо Москвы» за крыша такая, если всех закрыли, а им ничего? Подозрительно.

К «Дождю» я отношусь лояльно, но их уже вытеснили в интернет. У них очень ограниченная аудитория.